Общественная организация
«Lira & Iluminare»
Голосование
Каковы, по вашему мнению, причины пандемии COVID-19?

08 июл 2021, 20:38Просмотров: 206 Военный сектор

«Материя против духа»/«БЕССАРАБЕЦЪ»

«Материя против духа»/«БЕССАРАБЕЦЪ»

РЕТРОСПЕКЦИЯ N 14:

Бывший автомобиль начальника французской экспедиционной миссии, ныне находящийся в распоряжении управляющего Одесским представительством Военно-промышленного общества имени ЦИКа Красной Украины Мейера Зайдера, или Зайдера Майорчика, с небывлой для этой местности скоростью 45 км в час катился по проселочной
дороге между шестнадцатой станцией и Дачей Ковалевского. Эти машины, прозванные из-за своей формы «браунингами», прославились во время первой мировой войны, когда 600 парижских такси «Рено»
было мобилизовано для переброски пяти тысяч солдат к передовому рубежу на реке Марна, трещавшему под напором немецкого наступления. На сиденье позади водителя, облаченный в партикулярную пиджачную пару и белоснежную сорочку, изнывал от жары Котовский.
Он тоскливо глядел по сторонам и обмахивался нэпманской соломенной шляпой-канотье.
- Майорчик! - перекрикивая гул мотора, гаркнул Григорий Иванович. - Что у нас по предприятиям корпуса?
Майорчик, хорошо знавший повадки «Хозяина», способного затребовать отчета в самой неожиданной обстановке, сбавил ход и громко, отчётливо затараторил:
- Четыре месяца назад корпус взял в аренду в Уманьском уезде сахарный завод, принадлежавший ранее частному спекулянту, который за задолженность государству более 63 тысяч пудов сахара был посажен на 5 лет в ДОПР. Завод был в ужасном состоянии. Машины поломаны, огромная задолженность крестьянам и рабочим. Корпус через свое военно-потребительское общество вложил большие средства: заново отремонтировал все машины, закупил большое количество сырья, дров и угля. В итоге, одно только сахарное производство текущего года дало государству 50 000 пудов сахарного акциза. Кроме того, корпус расплатился с рабочими и плантаторами и имеет в качестве оборотного капитала 30 000 пудов сахара самого высшего качества.
- Не меньший доход корпусу дает также и кожевенный завод. Как и сахарный, он был взят в состоянии полного развала. Благодаря затратам корпусом своих средств, а также правильному и умелому ведению
дела, завод был быстро поставлен на ноги. Дело поставлено образцово, благодаря чему кожа получается лучшего качества и высоко ценится на рынке, - сообщил Майорчик четко заученный текст, сочиненный
начальником агитационно-массового отдела корпуса для областной партийной газеты.
Котовский слушал доклад молча, изредка кивая головой в знак одобрения.
У ворот монастыря Котовский велел Майорчику.
- Притормози!
На стене монастыря черной краской было грубо намалевано: « Религия - опиум для народа». Перед воротами топтались ребятишки с
красными повязками, некоторые покуривали, другие вяло переругивались с богомольными старушками.
Котовский наклонился через сиденье к водителю.
- Майорчик, кто это? - спросил он Зайдера, затягивающего рычаг ручного тормоза.
- Это, Григорий Иванович, комсомольский антирелигиозный патруль, - пояснил Майорчик. - Тут вся Одесса от этой шантрапы с ума сходит. Как же, комсомольцы, юные помощники чекистов!
- Ну-ну! - буркнул Котовский и грузно полез из машины, - жди, к машине никого не л-подпускай!
Он смачно сплюнул и зашагал прямо на группу активистов ...
В келье было тихо и прохладно.
- Тяжело на душе. Груз какой-то невыносимый, - вздохнул Котовский.
- И не удивительно, Гриша, - грустно улыбнулся старец. - Нет в тебе цельности духовной и покоя от того нет. Ты же и ко мне пришел, переодевшись в гражданское платье. Таишься, выходит. От своих комиссаров таишься? Я-то знаю твое бесстрашие. Чего бы тебе таиться?
- Ох, старец, - заскрипел зубами Котовский - Т -т-ты и не представляешь, как ты меня сейчас больно ударил!
-Я ли, Гриша? - поднялся во весь рост старец Иона - Я ли?! Не сам ли ты исхлестал себя гордыней своей. Осуетился, несешься как бесноватый в крови весь до бровей уже!
- Ох, старец! - Григорий застонал, обхватив могучую голову руками. - Так тяжко, что по ночам вою. А утром, глаза бы ничего не видели - всё обрыдло ... А что своих таюсь, то правда. Я же член ЦИКа, комкор, орденоносец, недавно в партию большевиков поступил. А как иначе? Мне вон Ф-фрунзе говорит: «Будешь вне партии, не смогу тебя в свои замы выдвинуть». Вот я и вступил в ВеКаПеБе. Так-то, отец. И все вроде бы верно. И шел от победы к победе и народ меня любит ... А вот тяжко, жить невмоготу. Не хочется мне жить. Веришь ли? На каторге, в кандалах легче было ... Скажи, отчего так?
- Я, Гриша, тебя крестил! - строго сказал старец. - Родителя твоего знал. Дельный был человек, богобоязненный. Матушку твою он любил. Но призвал ее господь. Ты без ласки рос материнской, среди людей немилостивых, так что жестокости тебе не занимать. Но на то ли тебя господь сподобил, наделил силушкой, талантом вести за собой людей? Тебя ли народ любит? Или имя твое дерзкое? Каялся ли ты, когда людишек шашкой кромсал? Вспоминал ли о душе, о Боге?
- Ах, старец! - вскипел Котовский и поднялся во весь рост. - Ты меня жестокостью не попрекай. Меня, как зверя дикого, травили. По этапу, как скотину, гнали. А за что? За то, что я отбирал у богатых награбленное, за то, что я заступалея за бедных? Где твой Бог был, когда помещик на моих глазах собаками затравил детей, забравшихся в сад. Детей, чьих родителей он же разорил и без куска хлеба оставил?
- Ты на меня не рычи! - еще жестче рек старец.
Сухой и крепкой рукой он неожиданно резко взял Григория за плечо и усадил на место, как гвоздь воткнул.
- Вот-ка, сядь! - прикрикнул старец. - И не смей виснуть надо мной! Молод еще ...
Он вздохнул, вытер выступивший на светлом лбу пот и с неизъяснимым сочувствием перекрестил троекратно Григория.
- Прости, старец, - опомнился Котовский и опустил голову.
- Господь простит, коли покаешься, - старец пожевал сухими губами. - Вот ты, Григорий, послушай. Во время оно приезжал сюда государь император Николай Александрович. Прости Господь душу его грешную. Аккурат было это перед Японской войной, перед Цусимой. Говорил он мне, как ты сейчас, что, мол, тяжко, что, мол, муторно, что, мол, народец непокорен и без кнута и виселицы, не обуздать его ...
Сказал я ему: покайся, Государь, последуй совету, не мешайся Петру Аркадьичу Россию укреплять. И трон сохранишь и себя спасешь! Государь на меня так посмотрел, только что не вскочил как ты. Тихий был, но памятливый !
- Петр Аркадьевич, это который Столыпин? - буркнул Котовский.
- Он самый, Гриша, он самый ... А далее говорю государю: было, мол, мне следующее видение: увидел я Крест, на Кресте - Распятый Христос, а под Крестом японский император микадо саблей махал и
крики кричал. Государь тут засмеялся и говорит: «Спасибо тебе, повеселил не хуже сказочника Жуковского!». Руку поцеловал и ушел.
Потом, однако, Гришка Хлыст распутинский его веселил. И довеселил. А победа тогда досталась японцу.
- Никопашка власти боялся. Трусоват был император Расейский, - буркнул Котовский. - Я, отец мой, власти не боюсь, я за справедливую власть бьюсь.
- Ты, Гриша, и впрямь, ополоумел, - усмехнулся старец, - да разве ж бывает власть мирская справедливой? Это еще у Эклесиаста сказано: «Не спеши от царя идти, при деле злом не присутствуй, потому что властно слово царское и кто ему скажет: Что творишь ты?»
- Эх, старец! Твоя правда! - кивнул Григорий Иванович. - Та власть была народу мачехой. Да и нынешняя народ не приголубит. Я уж устал считать, сколько сел и местечек с девятнадцатого года под большевиков положил. Не отмыться мне от крови крестьянской. Днем еще ничего - дела, дела. А по ночам страшно...
- Совесть тебя гложет, Гриша, совесть. А бояться стал - значит, бога в душе утратил. С богом-то не страшно. Бог, он и правда и истина! - строго заметил старец.
- Да что мне Бог! Бог он на Небеси, а мы-то на земле! - чуть не взвыл Котовский. -У меня хозяйство - миллион червонцев в обороте!
Двадцать тысяч сабель. Арендаторы, посевы. ЦИК, автономия! Это ж сколько трудов положено! Да и враги у меня будь здоров! Только дрогни! Сотрут всё, растащат! Что мне Бог твой, чем поможет?
- Эх, Гриша! Тяжко тебе - заплутал ты. Собрал сам гнев свой на день гнева и откровение суда божьего. А и то верно. Скажу я тебе, что когда по-божески поступаешь, никакая власть тебе поперек не скажет. На то и мученичества пример нам Спасителем дан. Вот когда во время бунта на броненосце «Потемкин» погиб матрос Вакуленчук, градоначальник Одессы хоронить его запретил. Все священнослужители отказались совершать над убиенным матросом-бунтовщиком православное отпевание. Уже матросы броненосца направили жерла пушек на город... Тогда я пришел к городскому главе и уговорил его разрешить похоронить матроса. Затем совершил отпевание над телом погибшего... А вот тебя Гриша я спасти от суда божьего не смогу... Другие тебя
отпевать будут не в церкви ... И вижу я, что разорят могилу твою и прах твой выбросят собакам ... Ох, спаси и сохрани.
- Ну, это мы еще посмотрим, кого собаки жрать будут! - жестко сказал Котовский. - А за предупреждение спасибо. И за то, что не прогнал. И вот, что ...
Григорий Иванович вынул из бокового кармана сложенный вдвое лист гербовой бумаги.
- Это распоряжение о том, что комплекс зданий монастыря твоего, старец, является ценностью исторической и архитектурной, а потому конфискации и закрытию не подлежит. Сам зам. ЦИКа Украины Фрунзе подписал. Живите, не бойтесь!
Котовский потоптался в келье, затем шагнул к выходу. То ли оттого, что дверь была низка, то ли придавленный грузом пережитого, он низко поклонился старцу и решительно вышел вон ...
Иона, оставшись один, обмяк, закрыл лицо руками и замер. Всю ночь старец провел в молитвах о спасении души раба божьего Григория ...

Источник: повесть «БЕССАРАБЕЦЪ...», 2012, Михаил Лупашко
Автор (ы): Михаил ЛУПАШКО
Tags: #Котовский #БессарабецЪ #Лупашко
Добавить комментарий
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Код:
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив
Введите код:
Курс валют
  Источник курса: cursbnm.md
Погода